***
Не будь, Россия, ничьей добычей!
Не следуй правилам тех приличий,
Какие хищник диктует жертвам, -
Не будь съедобной!.. Не верь экспертам,
Чей опыт славен словесным блудом, -
Тогда не будешь дежурным блюдом,
Закуской, жертвой звериной страсти –
Порвать с восторгом тебя на части!
Не будь безгрешной!.. Из тех, кто живы,
Никто не ангел, - упрёки лживы.
Не будь пушистой, а будь зубастой!
Чисты фашисты, как тюбик с пастой,
Чисты фашисты, как зубик с пломбой,
Как в небесах санитары с бомбой.
Не говори, что бывает хуже!..
Не жди пощады в глобальной луже.
Не будь, Россия, страной-тарелкой,
Разбитой вдребезги подлой сделкой, -
Страной осколков, отдельно взятых
В разъединённых российских штатах.
Не будь разъёмной!.. Не верь экспертам,
Не следуй правилам тех приличий,
Какие хищник диктует жертвам...
Не будь, Россия, ничьей добычей!
Сейчасно
Россию любить не модно,
Не выгодно и опасно.
Но честно и благородно –
Россию любить сейчасно.
Когда она будет в моде, –
Полюбит её отродье,
Которое ей от злости
Сейчасно ломает кости!..
Страна моей любви
Я – странный человек, люблю свою страну,
Особенно люблю в трагическое время,
Когда со всех сторон хулят её одну
И травят клеветой – в эпохоти гареме.
Эпохоть такова, что подлое враньё
Имеет все права над нами издеваться,
Бросать в костёр дрова, но я не сдам её –
Страну моей любви!.. И ей не дам сдаваться!
Я – странный человек, в любые времена
Люблю свою страну, и это – внутривенно,
И не взирая на... когда моя страна
Меня за невраньё не любит откровенно!
Эпохоть такова, что подлое враньё
Имеет все права над нами издеваться,
Но чудом я жива, и я не сдам её –
Страну моей любви!.. И ей не дам сдаваться!
Я – странный человек, мне – сотни тысяч лет,
Где Вечное Теперь и вечные повторы.
Люблю свою страну, и мрак её, и свет.
Особенно люблю – под лай фашистской своры!
Трое в белом
Там, где дух расстаться с телом
Мог легко в мой чёрный час,
Мне приснились трое в белом,
Ослепительно лучась.
В них была святая сила,
Весть благая – белый свет.
Ни о чём их не спросила,
Но прочла на всё ответ.
Это было чувство Бога –
Свет, объятый белизной.
Так явилась мне подмога,
И всегда она со мной.
Чёрным словом, чёрным делом,
В чёрный день и в чёрный час
Негасимы трое в белом,
Ослепительно лучась.
Белой троицы сиянье –
Это Вечное Теперь,
Смыслов чистое слиянье,
Всех до капли, без потерь!
* * *
Язык обид – язык не русский,
А русский – не язык обид.
И никакой перезагрузкой
Не будет русский с толку сбит.
Загрузкой пере или недо
Такой язык свихнуть нельзя.
Он не сдаёт страну и недра,
Ни перед кем не лебезя.
Он не сдаёт и не сдаётся –
Звезда такая у него
Во мгле небесного колодца,
Где русской речи Рождество.
И этот праздник русской речи
Высокой глубью сотворён –
Как путь, где трепетные свечи
Ведут над пропастью времён.
Не мы – обиды инвалиды.
Мы на вселенском сквозняке
От Арктики до Антарктиды
На русском дышим языке.
С Аполлоном, с музами, с Орфеем
Это рус.поэтам – не впервые,
Есть огромный опыт с древних пор,
Подавляем точки огневые,
По России бьющие в упор.
Опыт есть у русского поэтства,
Смотровые башни без вранья –
Сильные космические средства
Против русофобской злобы дня.
С Аполлоном, с музами, с Орфеем
Есть поэтский у меня союз, –
Я не стану никогда трофеем,
Я для русофобов – тяжкий груз.
"Оторопь берёт! Какая злая!" –
Русофоб вопит, и он не врёт,
Не для русофобского козла я –
Огород, где он капусту жрёт.
Прелесть – если оторопь берёт!
Добреньких одобрить попросили
Взятие России на живца.
Я для ненавистников России –
Не кондитер сдобного словца.
Рус.поэты – те ещё цветочки,
Тот ещё кладут они прибор,
Подавляя огневые точки,
По России бьющие в упор!
Утечка стыда
Утрачен стыд разбойника и вора,
Утрачен стыд судьи и прокурора.
Доносчика, вруна и стукача
Утрачен стыд, чья подлость горяча!
Утрачен стыд кидалы, афериста,
Чья древняя профессия игриста.
Утрачен стыд военного министра,
Стыд не утрачен графа Монте-Кристо!
Стыд не утрачен Данте Алигьери,
А стыд властей утрачен в полной мере.
Огромен стыд, утраченный людьми!..
И сладок стыд, в котором свет любви.
* * *
Ранимость – божий дар, ранимостью хранима
Ранимая душа!.. И разве это странно?
Когда бы не была душа твоя ранима,
Не знала бы она, как заживает рана.
А заживленье ран – душевная работа
Особой чистоты, которой дышит вера,
Как ветер в парусах, как ветер в крыльях флота,
Как ветер в небесах и в чудесах Гомера.
Ранимая душа, Психея, чувствознанье –
Из глуби тайных сил, и разве это странно?..
Иносказанье – крик, оно – чутьё тарзанье,
Раскачка на ветвях, где заживает рана.
Личный опыт
Там, где бешеной злобы глыба
Кувыркается в адской копоти, –
Изоляция – райский выбор,
Говорю я о личном опыте.
Там, где лязгает зверства челюсть
И творится насилья гадость, –
Изоляция – это прелесть,
Изоляция – это радость!
В изоляцию – как в поэтство,
В изоляцию – как на волю!
Изоляция – это средство
От спектакля с паршивой ролью.
Изоляция – не для мелких,
В изоляции – лавры Данта,
Никогданта в позорных сделках,
Унизительных для таланта!
Изоляция – где Овидий,
И вранья о нём – два трамвая.
Изоляция в чистом виде –
Это классика мировая.
Орбита
Россия – не сверхдержава. Россия – такая планета.
Планета, а не империя. Своя у неё орбита.
Орбита – не карта бита. У Господа нет кабинета.
Веди себя, как планета, как план Бытия – не быта –
Не спроса: почём орбита? Отвечу без лицемерия,
Орбита не продаётся, где жадность – не элитарна!
Россия – не сверхдержава. Планета, а не империя.
Орбита её магнита мистически планетарна.
Орбита неистребима, элита гребёт монету –
Элите зачем орбита? Торгует орбитой русской!
Планета, а не империя (для имени места нету!),
Россия орбиту держит – с космической перегрузкой.
Россия – не сверхдержава. Но держит свою орбиту,
Такая она планета, орбиты она держава.
И план Бытия – огромно, планетно не равен быту,
Но держит свою орбиту, не лжива она, не ржава.
Орбита – не карта бита, орбита – внутри поэта,
Который всегда планета, не более и не менее.
Орбита его магнита – вселенная тьмы и света,
Где план Бытия – защита и высшее откровение.
О чувстве
О чувстве праздника, о чувстве Рождества,
Где родила младенца не капуста.
О Богородице, о чувсте с ней родства,
О чувстве тайны и о тайне чувства.
О чувстве только!.. Чувстве Жизнества!
О чувстве только!.. Прошлогодняя трава
Мгновенно чувствует, и камень, и берлога,
Когда звезда восходит Рождества,
Звезда, где чувства к нам любви так много!
О чувстве только!.. Чувстве Жизнества!
О чувстве Бога, чувстве с ним родства,
Где светом Рождества сияют ясли,
Где Божий дар – что чувства не угасли!
Где – Бог?.. Где сила чувства такова.
О чувстве только!.. Чувстве Жизнества!
О чувстве камня, искра Божья в нём жива, –
Тепло и свет из каменного хруста
Не так бесчувственны, как слава и слова
Искусства поз на кладбище искусства.
О чувстве только!.. Чувстве Жизнества!
О чувстве радости, о чувстве Рождества,
О лучезарной Богородице, защите, -
Но Богородицу в проклятья не тащите!
Где – Рождество?.. Где сила чувства такова.
О чувстве только!.. Чувстве Жизнества!