мечтательное
Ветра порывы, как волны, ласкают нам руки.
В солнце вцепился зубцами лесной окоём.
Плещутся запахи, льются прозрачные звуки,
Воздух прохладен и мы против ветра плывём.
У горизонта закатные плавятся тучи,
Длинные тени, как рыбы на мелкой воде.
Время запуталось в зарослях ивы плакучей.
К ночи толкает планету Сизиф–скарабей.
Мы словно дети – обидчивы и уязвимы.
Спорим, смеёмся, играем во взрослую жизнь...
Милый мальчишка, хочу тебя видеть счастливым.
– Дразнишь конфетой? Отнять не смогу?! Ну, держись!
из безоблачного детства
В солнечном моём детстве
дождик пробегал Невским,
струйки непослушки-хулиганки,
расшалившись, шлёпались в Фонтанку.
Старый лифт кряхтел, лязгал,
чёрный ход вбирал дрязги,
в рот просились бублики-баранки
те, что продавались на Фонтанке.
Легкий бриз качал лодку,
Чижик-пыжик пил водку,
строго осуждал такие действа
золочёный перст Адмиралтейства.
Тормозил трамвай с визгом,
катерок вздымал брызги,
ловкий стриж вычерчивал зигзаги,
тайной завораживал Исакий...
заутреннее
Элеоноре Александровне Мальц
Полусумрак, залитый в штапель
мягких штор, и провал окна,
вдоль стекольного полотна –
вертикали ленивых капель.
До подъёма ещё немало.
Подпространство сулит уют.
Тени прожитых снов снуют
в каждой складочке одеяла.
Неуёмные мысли - рыбки.
Манит их из-за кромки сна
в час заутренний диск-блесна.
...свет далёкий, холодный, зыбкий.
Заводь времени, сверху наледь
недосказанных слов простых.
Полудрёма. Два мира – встык.
...блики стайками на канале.
так просто, ни о чем...
Все оказалось лучше, чем в мечтах –
нет горечи нарушенных обетов,
лишь восхищенье, нежность, чистота,
доверие – написано либретто.
Защищена от подлости и лжи –
логично неизбежное молчанье.
...как начинанье – продолжаем жить,
как продолженье – чувствуем дыханье...
осколок
Медлительны в движеньях старики.
Старушки неуверенны в движеньях.
Разбита чашка – это пораженье:
упала всем стараньям вопреки.
Свою неловкость каждый раз они
сопровождают взглядом виноватым.
А немощь – враг безжалостный, заклятый.
Они с ней в состоянии войны.
Все дни ведут локальные бои,
расходуя накопленные силы –
победа, если сердце отпустило,
и голова под вечер не болит.
Победа – ночью близких не будить,
не торопясь дойти до гастронома
и всё купить, при этом, сэкономив...
...в потоках света – волосы ундин
увидеть и... таблетку под язык.
И рассосать. Успеть бы, или вскоре
осколки фаэтона в лукоморье
воспламенят агатовую зыбь.
сумеречное
в часах закончился завод
свернулось время на диване
Чеширский разомлевший кот
развоплощается в Нирване
улыбка бродит по углам,
взгляд затерялся в зазеркалье
лучом случайным цедит мгла
печаль из облака перкали
звук тянет нежную струну
вбирает нега ароматы
впечатывает оттиск рун
стигматизированный атом
в слиянье ветра и воды
под стук копыт Единорога
ослабла нить и поводырь
склонился перед тенью Бога
тайное
Помню наизусть всё, что ты сказал.
Ну а сердце, что? - И сейчас болит.
Но не будут лгать мне твои глаза...
...вещим было слово моих молитв.
Тропами во тьме, словно тайный тать,
тихо приходил на огонь любви.
Не умел просить, но умел давать...
...никогда не лгали глаза твои.
Не звала – незваным являлся сам.
Не ждала – с нежданного меньше спрос.
Находил слова, открывал Сезам...
...и ловил лицом водопад волос.
Горностаи, золото: под венец –
пролегла судьба через тронный зал.
Годом раньше нас разлучил свинец...
...помню наизусть всё, что ты сказал.
Вослед
19 июня 2013, в 2 часа ночи в иерусалимской больнице ШаарЭй цЭдэк скончался известный писатель ЛЕОНИД СЛОВИН.
Раздробили на осколки волны лунный амулет.
Отдалились звуки. Смолкли.
...Лист бумаги на столе, буквы чёрные на белом.
...нервно вздрагивает Сид.
Тяжелеют руки. Тело.
...Славно дождик моросит в Костроме в разгаре лета...
...Капцн* – Эх! – А гройссер пферд! –** право ж, дед поставил мету...
...Всем одна Земная твердь.
Тень ложится на предметы. Полночь. Веет бриз морской.
...У отца могила где-то там, в России, под Москвой.
Расстреляли. По навету...
...Тянет прелью и тоской от болотины прогретой.
«На Земле весь род людской...» –
...медь – и трубы, и монеты.
Всё пустоё.
– Нет, постой!
Весь ли род?! – Не весь, не верю...
Замедляет время бег
«...Долог путь до Типперери»***
Долог путь из Душанбе...****
Меркнет свет. Густеет воздух, застывает, как желе.
Долог путь. Пора на роздых.
Груз восьми десятков лет лёг на сомкнутые веки.
...Словин свой вернул билет.
Славным, честным человеком
стало меньше на Земле.
* - Я не стал ни бухгалтером, ни часовщиком. Поступил в юридический институт и по окончанию был направлен адвокатом в Шарью – в один из глубинных районов Костромской области. (с)
«Вечный бедняк ( «капцн» - предрек дед на языке идиш, которым преимущественно пользовался).
** - И я не удивился, когда услышал, как он, думая, что я не пойму, сказал однажды бабушке про меня – « а гройссер пферд!» « Большая лошадь»! (с)
*** - маршевая песня британской армии. (По книге «Эра милосердия» братьев Вайнеров в известном по фильму «Место встречи изменить нельзя» эпизоде с задержанием Фокса в ресторане, оркестр играет «Долгий путь до Типперери», а не «Рио-Рита»).
**** - Чтобы написать свой роман «Дополнительный прибывает на 2-ой путь», где убийство происходит в поезде Москва- Душанбе, я проделал этот путь с блокнотом в руках. (из интервью Л.С. Словина, взятое у писателя Игорем Савельевым).
Сид - имя собаки Леонида и Галины Словиных.