Старобачаты

Сельский лирик

Я памятник себе воздвиг нерукотворный
в селе моём!.. Трубы водонапорной
побольше будет он по высоте!
Пока мечтам не писаны законы,
роняет небо звёзды на погоны
и званье соответствует мечте!

А подо мной дома и огороды,
колодцы, трактора, животноводы,
на лавочке Серков-пенсионер.
Вы про известность мне не говорите.
Я здесь в селе гораздо знаменитей,
чем Вознесенский или Искандер!

Я памятник воздвиг... Высокий вроде,
мне видно, что растёт на огороде
и виден лес встречающий грозу.
Я над селом, как будто в карауле.
Кричат внизу: "Слезай, Витёк, покурим.
Прочти стихи про кузькину козу!.."

И высотою горней окрыленный,
читаю им с восторгом, вдохновенно
про кузькину козу и про быка.
Что даже зоотехник на правленье
отметил: повышаю настроенье,
а значит и надои молока.

Мой дом почти как штаб при поссовете,
посколь стихи печатаю в газете
под сводкою районных новостей,-
то жители доверчиво и просто
идут ко мне то с жалобой, то с просьбой -
глаголом покарать лихих людей:

сантехника, завхоза райбольницы,
учётчика и Дуську-продавщицу -
обвешивает, подлая, народ.
Я их глаголом яростным караю,
а сам в душе печально понимаю:
тропа ко мне травой не зарастёт...

Живу на родине...

Везёт мне: я родился и живу!
На родине. У счастья на примете
кошу с отцом на пасеке траву,
и жить мне очень нравится на свете!

Звенит коса и дудочка поёт
на все лады с кузнечиковым звоном.
И ласточки стремительный полёт,
как чей-то взгляд скользнул по небосклону.

Какой судьбы искать в стране иной,
коль здесь по мне и солнце, и просторы,
и синь реки с небесной глубиной,
и жителей доверчивые взоры.

Теченье дней исполнено забот
и помыслов высоких и отваги.
Здесь ангел в роще Заячьей живёт
и чёрт живёт за мельницей в овраге!

...Горит над огородами звезда!
А самая желанная, родная
живёт в кирпичном доме у пруда
и о любви моей ещё не знает...

Илюхинский плёс

Старые ивы сомкнули
кроны над тихой водой.
Здесь мне в начале июля
встретился мальчик с удой

В длинной рубахе холщовой
шёл он по краю реки,
странный, как житель чащобы,
стыли в глазах сквозняки.

Он поравнялся со мною,
жалобный выронив стон.
За тальниковой стеною
дымкой рассеялся он...

Давнюю повесть утраты
слышал ещё от отца,
как утонули два брата,
дети Ильи-кузнеца.

В майскою пору разлива,
лет девяносто назад
младший сорвался с обрыва,
старший спасал его брат.

В дом не вернулися дети...
До полуночной поры
шарили в омутах сети,
дно бороздили багры.

Младший был выловлен в пойме
в донных кустах ивняка.
Старший - не найден, не пойман,-
спрятала тело река.

Он это! Он с удилищем
ходит по краю реки!..
Младшего братика ищет -
так говорят старики.

Давняя грустная повесть,
тихий Илюхинский плёс.
Травы склонённые в пояс,
всхлипы тележных колёс.

Ивы зелёное пламя,
купола зябкая медь...
Родина, как в твою память
сладко и больно смотреть...

Старобачаты

Все перестроили в русском краю.
Только не трожьте деревню мою.

Тихие улочки старых Бачат,
ветры степные полынью горчат.

В купах черемухи и тальника
белую лебедь качает река.

Щука с Емелей и Черт с Водяным
мирно живут за окошком моим.

Звоны и ягоды в травах лесных
вспомнят заглавия сказок былых.

Яви и вымысла зыбкая грань.
Здравствуй, лесная моя глухомань!

Милая родина, вечности птах,
здесь лишь воскресну листвой на кустах!