Главная » Литературный ресурс » Поэзия » На моей половине Земли

На моей половине Земли

28 дек 2013
Прочитано:
1588
Категория:
Республика Молдова
г. Кишинёв

Крыльцо, три ступени...

День начинался обычно: крыльцо, три ступени,
Ветви, что больно хлестнули по голым лодыжкам...
Ай, не деритесь! Я помню, вы были сиренью
Как-то весной. От драчунок сбегаю вприпрыжку.

Дальше дилемма. Направо – лягУшачьи песни.
А королевич всё бродит в неведомом царстве.
Раз приезжал и расхвастался: там интересней.
Жаль, что царевне лягушкою так и остаться.

Или налево. Там леший с Ягою на пару
Злобу срывают на юных смешливых русалках.
После – чаёвничать. И от тепла самовара
Оба размякнут. Немолоды. Их тоже жалко.

Тсс! Расскажу по секрету: есть третья дорожка.
Та появляется, если сама пожелает.
В травах густых нарезвившись игривою кошкой,
Вдруг заспешит к горизонту, как будто живая.

Только её дожидаться – пустое занятье.
...Скрипом отметит калитка моё возвращенье.
И, стосковавшись, меня заключают в объятья
Гибкие ветви – однажды проснутся сиренью.


* * *

Шагает человек, идёт-бредёт куда-то,
Глядит по сторонам, то под ноги глядит.
А мир бубнит псалмы и рядится в солдаты,
То злится, то ворчит, а то и вовсе спит.
Шагает человек, идёт себе бездумно.
Чтоб только не стоять, такая, вроде, цель.
Печален тихий пруд душистой ночью лунной,
А позади весна, а позади капель.
А впереди туман из осени и грусти,
Узоры на окне, снежинки на пальто,
И улицы пусты, и на душе так пусто,
И, как назло, в пути не встретится никто.
Лишь время дуть ветрам, нашёптывать злорадно
Про непутёвый мир, про неудачный век,
Про... Боже, дай мне сил! Прости, что всуе, ладно?
Шагает человек, шагает человек.


Сказка на ночь

Потемнело, погрустнело,
Раззевалось, присмирело...
Скрип – в дверях свеча, чепец.
Глянет строго и сердито.
– Почему глаза открыты?
Вот уж я тебе, малец...
– Не ругай меня ты, няня.
Я б уснул, но там, в чулане,
Кто-то стонет и сопит.
Дядька сказывал про Лихо...
– Старый чёрт...Гляди – всё тихо.
Спи, и лихо тоже спит.
Хитрецой блеснули глазки.
– Расскажи-ка, няня, сказку
Про диковинных людей.
Брови хмурятся сурово,
Но слова уж наготове.
– Ладно, слушай, лиходей.
И польётся, и помчится,
Про царя да про царицу,
Про прекрасную Жар-птицу,
Про Кащееву иглу,
Что на острове Буяне,
Про Добрыню, про Полкана,
Про крестьянского Ивана,
Про лягушку, про стрелу...
Неподдельно восхищенье.
Верно, платой – вдохновенье
Освятит его перо,
Обмакнув сперва в чернила.
Это будет или было?
Померещилось, приснилось,
Сгинуло давным-давно...
Но пока – лишь ночь да сказки.
Вот уже сомкнулись глазки.
Горько плакала свеча.
О героях ли могучих,
О судьбе ли неминучей,
Что ударит сгоряча
Злобой, сплетнями, наветом
И дуэльным пистолетом...
Чур меня, молчи-молчи!
Няня крестится в испуге.
За окном буянит вьюга,
Волком злобится в ночи.


Не думать

На моей половине Земли – не поверишь, – зима.
Снова вьюга, стараясь, ночные выводит рулады
Похоронным ли воем, колыбельной озябшим домам...
Есть ли разница? Чуть, но думать об этом не надо.

Лучше думать о чём-то привычном – о нас, о тебе.
На твоей половине Земли вечно сонное лето.
Прорицатель-прибой тихо шепчет о чьей-то судьбе,
И о нашей, наверное, только не стоит об этом.

На моей половине Земли белоснежный узор
Невозможно красив, он расписан следами, мечтами.
Всё за раз не увидеть...Что-что? Говоришь, это вздор?
Может быть, ты и прав, впрочем, я и пытаться не стану.

...а ещё фонари, что со звёздами в дальнем родстве,
Предрождественских дней суета, беготня и заботы,
Терпкий запах еловый, снежинки на рукаве
И декабрьской симфонии важно скрипящие ноты.

Я тебя позвала бы, но эти капризы зимы...
Закидает снежками, лишь только услышит про лето.
Значит, всё, как обычно, для встреч нам останутся сны.
Ну, а если бессонница? Стоит ли думать об этом...


У меня в изголовьи

* * *

Если забыть про зеркало,
девочка из детства никуда не делась.

...У куклы Лизы платье в горох,
ярко-голубые глаза и светлые волосы.
Льняные локоны на сонной подушке.

Спи, Лиза, спи.
Завтра будет новый день.
И новёхонькая жизнь.

Если забыть про зеркало.

* * *

С книжной полки свисают
цветочные листья.
Длинные, тонкие, вьющиеся.
Будто морские водоросли.

Глядишь на них, и вот
кровать – уже и не кровать вовсе: корабль...

Куда поплывём этой ночью?

* * *

Сны похожи на рыб,
их надо вылавливать.

– Знаешь, мне сегодня снилось
что-то очень приятное,
только никак не вспомню что...

Сон-сом проплыл мимо.

* * *

Подоконник избит.
Капли хлестали по нему всю ночь,
и его слёзы
сливались со слезами неба.

* * *

– Расскажи мне про Медею, –
попросила шестилетняя Настя.

– Да что про неё рассказывать.
Вначале Ясон её любил,
потом разлюбил,
а потом...потом она умерла.

– Таких сказок не бывает!
– А это не сказка, это...

Да нет, сказка, конечно, сказка.
Просто грустная очень.

* * *

У меня в изголовьи живут:
Бунин, Набоков (даже два!),
флакончик духов,
цыганские серьги-кольца,
заколка в виде морской звезды...

А ещё – икона.