Петра-ту-Ромиу (Камень Грека на Кипре)
Тараторю:
«Небо и море сини,
Как они прекрасны, как чуден мир!
Где-то там из пены лепилось тело богини
И потом сюда в ракушке вёз богиню Зефир...
Представляешь, ножки самой Афродиты –
Хоп! из пены вышли на данную территорию!»
Он хохочет:
«Дорогая моя, иди ты,
Я вообще-то слышал совсем другую историю!
Грек Дигенис кидал с побережья глыбами,
И бежали прочь сарацины в ужасе,
Вряд ли лёгкими отделываясь ушибами.
Вот они, эти камни, в первобытной стоят красе».
Говорю:
«Я вовсе не против грека!
Я за грека! не первый он был, однако,
Ведь задолго до этого человека
Афродита вышла на берег из волн и мрака!
В полнолуние в тишине лагуны
Надо в тёплую воду с милым зайти.
Искупаемся? Будем вечно юны,
И сольются наши с тобой пути».
Усмехается:
«Про пути рассуждаешь странно,
Ведь с тобой женаты мы так-то ...надцать лет,
И вообще-то здесь плавал член Урана,
Посему купаться охоты нет».
Говорю:
«Милый, оставь Теогонию с Гесиодом».
Он смеётся: «оставь Афродиту в покое».
Кладу две гальки в карман мимоходом, -
Увезу домой.
(P.S.: это же миф, поэзия и всё такое).
Гостья
Смерть ночевала в доме моём:
Вместе мы тихо ужинали,
О пустяках болтали,
Я могла бы? – едва ли,
Я могла бы? – а нужно ли?
Смерть ночевала в доме моём:
Вечером снимки смотрели,
УЗИ последнего года.
Белый плед из комода
На белизне постели.
Будто она мне – родственница,
Или подруга, точно
Линии, складки её лица
Я узнавала у зеркальца
Заочно.
Смерть ночевала в доме моём –
Я охрипла от пения:
Пасху ей обещала,
Ночь на Ивана Купала,
И её День Рождения.
Смерть уходила весенним днём –
Кочки, кочки, ухабы,
Спотыкания без конца
Сирая моя странница,
Я могла бы? Могла бы??
У входа
Ты будешь, где вход и вазы,
Я буду стоять у гроба,
Приму сожалений фразы,
Как будто бы здесь – мы оба.
Потом тебя не задену,
Готова к сухому тону,
Ведь ты уже плакал – в стену
И ты уже снял корону,
И ты мне дарил презренье,
Чтоб я отошла, чумная,
Как будто я – привидение,
А не твоя – родная.
Мой милый, твоя хвороба
Пройдёт. Не пройдёт и года.
Я буду стоять у гроба,
Ты будешь стоять у входа.
Чтоб
Мы пройдём врозь
Шагом нон-стоп
У моих гор
У твоих стел.
Ты так светел!
Ты так бел, бел.
Я сама – вздор,
Розговый хлоп,
В масло – нож, сквозь.
У твоих звёзд,
У моих луж
Был один цвет,
Был один звон.
Ты так скован.
Ты взволнован?
Мне бы беруш,
Или берет:
Звуки внахлёст.
Звуки навзрыд,
А потом – тишь,
А потом – пуст
Каждый твой взгляд.
Ты мне был – брат.
Лучше бы – хруст,
И – мертва мышь.
Лучше бы – стыд
И простить враз,
Чтоб тепло глаз,
Чтоб ты был рад.
Чтоб опять... брат...
Чай
Когда ты думаешь в темноте,
У тебя остывает чай.
Тряпкой шаркаешь по плите,
Оттирай, не скучай.
На скатерти пятна или узор
Ты на ходу примечай,
Помни только: с недавних пор
У тебя остывает чай.
Можно разбавить, отлить в окно,
Даже всплакнуть невзначай,
Кружке ровно, ей всё равно,
У тебя – остывает чай.