***
В который раз уходит в небо осень,
Косым лучом прощаясь с тихим полем.
И если спросит,
Если кто-то спросит,–
Я – там, на воле,
Я – ветер в поле.
В который раз гляжу на эти нивы,
Что отдыхают, потрудясь на славу.
И как красивы,
До чего красивы
Стога вдали,
Изгиб дороги плавный.
Моя душа плутает, невесома,
Среди берез, светящихся над полем.
И как знакомо,
Боже, как знакомо:
Покой и воля,
Покой и воля…
Ясень
На него засмотрюсь, бывало,
И не вижу пути-дороги.
Солнца нам на двоих хватало,
Мы друг к другу не были строги.
Облетел золотой мой ясень!
На просвет серебрятся ветки.
Был сентябрьский денек прекрасен,
Ну, а ночка – с дождем и ветром.
Утром гляну в окошко в восемь –
Свет не застит любимый ясень...
Мне все ясно – настала осень.
Мне все видно – и путь мой ясен.
Осенняя мелодия.
Избыток летнего тепла
Ему взяла и отдала,
И он согрелся и помолодел.
И будет в эту осень он
В неё, наверное, влюблён,
Напишет песню, что давно хотел.
И будет, листьями шурша,
Бродить по городу душа,
Ну, а потом возьмёт и полетит...
Увидит яркое окно,
Поймёт, что ей не всё равно,
Что эта песня для неё звучит.
И ничего, что холода,
Ведь будут вместе иногда
Они сидеть у жаркого огня.
И я порадуюсь за них,
И напишу про это стих,
Немного жаль, что он не про меня...
***
Ты отвечаешь невпопад,
И мне не нравятся ответы.
А нынче – первый снегопад…
Пришла пора прощаться с летом.
Оно ушло недалеко –
Ещё сияют медь и злато.
Как утром дышится легко
В саду прозрачном и крылатом!
А коль пройдёшься вдоль реки –
Там ветер бросится навстречу.
Плывут, качаясь, островки,
Рисуют волны вязь колечек.
Бедовый ветер, молодой!
В порывах – свежесть и отвага.
И бродит август золотой
В моей душе медовой брагой.
Пришёл нежданно снегопад,
Но горячи ладошки клёна.
Ты отвечаешь невпопад,
А ива вся ещё в зелёном…
***
А листья падают, как строчки на бумагу…
Пишу я сыну, что люблю его и жду.
И с красной звездочкой конвертов понемногу
Все прибавляется, а дни идут, идут…
Мелькнет сюжет об обстановке на Кавказе,
Обдаст недобрым и тревожным холодком.
И разговоры наши замолкают сразу,
И настороженно вздыхает будто дом…
Я жду звонков его и писем издалёка,
Мне SMS-ка, как таблетка для души.
Пусть снова осень отгорела и поблёкла,
По снегу белому пиши мне сын, пиши…
***
Рисует ребенок лишь тёмными красками…
Бордовое небо, зловещие дали.
В каком воплощении очи татарские
Себя разглядели в тоске и печали?
Разбойных костров полуночные отблески,
Далеких степей воровское и пленное…
Коня ли чужого уводит он по лесу,
В куски изрубив чье-то русское, бренное?
Работает быстро, глазёнками зыркая.
В рисунке не будет цветочков и солнышка.
Да что ж он все в чёрное кисточкой тыркает?
Уж вымазал краску до самого донышка!
Проглянет ли лучиком что-то заветное,
Иль только бы сечи да подвиги ратные?
Очистит ли душу берёзово-светлое,
Простит ли его поле снежное ватмана?
Дом, который построил Джек
В деревне у старушек петухи да курочки,
Небогатые домики, укроп на грядках.
Наши мудрые бабки, Варвары да Шурочки,
Выживать умеют при любых порядках.
А в доме, который построил Джек, –
Каменные стены, черепичная крыша.
Дядюшка Джек – большой человек,
Его мало кто видел, но каждый о нём слышал.
Мимо проехав старушек на лавочке,
Джек восседает за чёрными стёклами.
Он не будет копаться на грядочке,
Руки марать о морковки со свёклами.
За оградой у Джека мечутся волкодавы,
Гуляют без привязи, облаивают прохожих.
Городские отдыхающие господа и дамы
Фотографируются с домом и с волкодавами тоже.
Тарелка антенны следит за мной,
Медленно поворачивается и смотрит в спину.
Я смею дышать, этот воздух мой!
И дождя я тоже возьму половину!
Но есть тревога, что дом с волкодавами
Высосет речку и проглотит солнце.
Трудяги-старушки, как же тогда они
Свой век доживут без солнца в оконце?
***
Дятел ко мне прилетал и голуби…
Я ведь в палате осталась одна.
Тихая осень, деревья голые,
Серое небо, – я вам не нужна?
Солнышко, где ты? Лучом не радуешь…
Белый снежок, почему не летишь?
Милый мобильник, моя отрада,
Даже и ты иногда молчишь.
Буду кормить голубей печеньками,
Буду до мушек в глазах читать.
Девочку Олю (стрижка «ступеньками»),
Девочку Гулю (синичкой тренькала),
Тихую Люду (полночи ревела), –
Буду теперь, как сестёр, вспоминать.
***
Хочется Родину мне отделить
От государства.
Т. Четверикова
По лесам полыхает осень
Всеми красками октября.
А душа моя песни просит,
Да сдержу её. Может, зря.
Горемычная ты, Россия,
Я дивлюсь тебе всякий раз:
И откуда такая сила,
Красота такая взялась?
Терпеливо выносишь боли,
Выгребаешь мирскую грязь!
Или ты двужильная, что ли,
Иль в рубашке ты родилась?
Та рубаха с молитвой шита,
По канве – васильки да рожь.
И дождями лицо умыто,
Ну а ноги в пыли дорог…
И не счесть каменюк, оврагов
И трясин на путях твоих,
А следы – заполняет влага,
Отражаются звёзды в них.
А следы заметает осень,
Золотит твой нелёгкий путь.
Как себя сохранила? – спросят.
Так ответьте же, кто-нибудь!
Зарисовка
Поля пустынны, рощи голы.
Убранство леса – под ногами.
Стоит игрушкой оригами
Наш белый домик на разъезде…
И равновесие в природе…
Её великая готовность
Ждать холодов, что так суровы.
И аппликацией темнеет
Спокойный силуэт коровы.
***
...И зябкость набегающей волны...
Полураздетых ив графичность и светимость...
Отсутствие желанной тишины, –
И все ж моя готовность и вместимость, –
А для чего?
Для творчества, любви.
Как этот желтый лист пронзителен на сером!
Вон жизнелюбы, преисполнясь веры,
Бегут по Набережной,
К здоровью бережные.
Цветут их щеки от прихлынувшей крови!
А я пройдусь неспешно вдоль реки,
Вдыхая утренний морозный, вкусный воздух.
Услышит ли река мои шаги,
Отдаст ли стих в обмен на жизни прозу?
...И тонкость аромата октября...
***
«Ночь светла…» – запели тихо дети…
Нежный свет затеплился на лицах.
И мотив задумчив был и светел
И хотелось Богу помолиться.
Ночь светла – звезда горит высоко.
Ночь свята – и звуки тихо льются.
И в ночи торжественно-глубокой
Тихим звоном ангелы смеются.
И сердца тем звоном наполнялись,
И, слезой вскипая на ресницах,
Наши чувства миру открывались,
Улыбались и добрели лица.
И хотелось всем сказать «простите»,
За окном валили хлопья густо.
Ночь светла – на землю шёл Спаситель
И дарил волшебный свет искусства.
***
К лицу тебе светлейшие снега,
Ты в них всегда прекрасно моложава.
Опять метель скрывает берега
Твои, велико-лепная держава…
Великая и лепая моя!
Как уберечь тебя от униженья,
Незримого духовного паденья
В погоне за комфортом бытия?
К лицу тебе просторы до небес,
Под ними не один рождался гений!
И вязнуть ли на свалке потребленья
Носительнице нравственных чудес?
В почёте кто? Хапуга и делец!
И раздувает низкие желанья
Всесильный торг... И зреет наказанье,
Где золотой пресытился телец.
Претит смотреть рекламы дребедень,
Бессмыслицей набитой до оскомин.
Такие ль были истины искомы
Тобой, Россия, в твой рассветный день?
Великая и лепая моя!
Нелепа я в упрямом постоянстве:
Всегда мне люб твой плащ побед и странствий…
Свети, свети берёзовым убранством
И Сергия примером жития!
К лицу тебе светлейшие снега…