Главная » Литературный ресурс » Поэзия » А васильки, наверно, сеет Бог...

А васильки, наверно, сеет Бог...

09 фев 2020
Прочитано:
388
Категория:
Российская Федерация
г. Красноярск

А васильки, наверно, сеет Бог...

А васильки, наверно, сеет Бог...
Попробуй, тоже поле, перейти так –  
лучи вплетая в стог, вплетая в слог,
не трогая прожорливых улиток.            

Опять сезон дождей и спелых туч.
Аврора, словно чёрная царица,
ткёт воздух с прелью, медленно… Тягуч.
Скорей бы утро ранее, не спится.

В такие дни горчичный горизонт
зовёт, не обещая вовсе встречи.
И путаешь пространства, явь и сон,
плотнее укрываешь пледом плечи.

Как тени притаившейся тоски,
стоят свои. Их надо вечно помнить.
Шьёшь строчки. Вроде лучики узки,
вплетаешь их, и переходишь поле…


Утреннее

Так сладостно, не открывая глаз,
Почувствовать, что солнце золотится,
Снуют стрижи, разыгрывая блицы,
Устраивая звонкий парафраз.

Открыть глаза и вязнуть в тишине
В которой сны гуляют в коридорах.
Твои ресницы, словно в разговорах,
Подхватывают мысли в глубине…

Ещё не слышишь, что очнулся день
В полоске нежно-розового цвета,
Что потянулась и зевнула ветка –
Вспорхнул посеребрённый зинзивер

Ещё минуту выжду, не спешу...
Я поднимусь как бабочка над полем,
Не нарушая сладкого покоя.
Румянец неба в тесто замешу
И запахами сдобы сны наполню...


Ливень тихо бормочет

Ливень тихо бормочет,
словно в телике Вести.
Громыхнёт – перекрестит
окна – вяло, разочек...
Батя снова приложит
губы к сальной бутылке,
и читает, напившись,
чистоглазого Рильке.

Даже в профиль – похоже.

Это осень взыграла –
слёзы сохнут повсюду…
Вилка молнией к блюду –
ловит лодочку сала.
А в глазах-недомогах,
не тоска, а тоскище.
Этой осенью нищей
что-то выпало много
и дождей, и проклятий –
вот и тянет на строчки.
Боль расставит все точки...

Жизнь из точек, да, батя?


Цветут люпины

Твои дожди без графика и цикла
Приходят и тягучей и прохладней…
А я не спорю, я давно привыкла
Закручивать цигарки из тетрадей,
Где строчки расплылись в дождливый вечер.
Их не собрать и не связать узлами.
Мне совершенно крыть сегодня нечем
С холодными, как льдышечки, губами.

И потому я рву листок беззвучный,
Выкуриваю сладостно и горько,
И пепел осыпается не кучно,
А разлетается, как мысли – вольно.
Вино пришлёшь, а может быть картину,
Где сердце в виде красного бокала.
Я напишу: мне нравятся люпины,
Карминные особенно любимы…
И не сожгу как прежде, как бывало.


Бабье лето

Клёны запускают дельтапланы.
Кружит лихорадкою секунды...
Пусть предчувствия сегодня смутны,          
Мысли, как ключи, серебротканы.

В переводе с вечного на ветер –
Клинопись! У неба ровный почерк.
И чернеют снова многоточья…
Ощущенье горькое – потери.

А на завтра снова – солнцелепье!
Высверками лужи, будто в звёздах.
Подрастает Бабье лето в гнёздах,
Изучая горловое пенье.

Как надежда в осень зеленеет
Почкой неразумной, неуёмной,
Даль, не измеряя веткой клёна,
Так и я тянусь к теплу за нею.

Листик прячет глупого маслёнка,
И пылинка воздухом воспета…
Как же сладко пахнет Бабье лето
Вкусной шишкой, солнцем прокалённой…


Вспыхнули охрицей горы

Вспыхнули охрицей горы –
Выцвели косы берёз.
В воздухе запах просфоры,
Капает с веточек воск.

Вечным огнём опалёны,
Листья кружат на ветру.
Зря обожжённые клёны
Ищут румянец подруг.

Полупрозрачные тоги
Все упадут – вуаля!
Принаряжаются горы
В охру и цвет миндаля…


Облака

                   В небе тают облака…
                   Тютчев Ф.И.



В небе тают облака…
Что тут скажешь? Небо сине!
Мне хватило бы прыжка,
Чтоб достать его красиво!

Мне хватило полшажка,
Чтоб подняться на ступеньку.
Там где лестницы дрожат –  
Я выделываю еньку.

Вот дойду до облаков
И надую губы, щёки.
Пузыри пускать готов,
Даже плавясь в  солнцепёке.

Лишь бы братик из окна
Видел самых разных кошек,
И барашков рисовал
В дождь, на тонких-тонких ножках.


Окунулось небо в реку

                  Окунулось солнце в реку
                  Жиль де Брюн



Окунулось небо в реку –
напиталось, напилось.
С бороды стекает млеко,
голубой плывёт лосось.

Золотом блестят затоны,
размагнитился компас…
Знать, как водится в законах,
есть и здесь огромный лаз.

Хвостик летнего дракона
закружила синева…
Пишет хокку по канону,
и по зову естества.

Высекает искры мысли,
разгорается огонь:
человечек человеку
то ли песня, то ль гармонь.

Это давняя забава –
облака перебирать.
Спит драконья переправа
тишь пока и благодать…


Тихое утро...  

Тихое утро крадётся на цыпочках ночью,
Пренебрегая запретом: до солнца являться.
Веточки тронет, согреет дыханием почки,
И распушит оперение птиц.  Глянет в святцы!
Дел переделает массу – не спится. Капели…
Вспомнит как прежде в берёзовом краешке сквера
Всё просыпалось – под инеем ветки сопели,
Свету молилась горбатая белая верба.

Тихое утро крадётся шагами Амура,
Только я слышу всегда эту первую ноту –
Лёгкого ветра рожденье, теней перламутра –
От голубого до бежевых капелек сот, и
Тёплого, точно ласкаются руки Вселенной.
То, что вчера было камнем, сегодня из ветра –
Огненный круг начинает движение мерно,
Чайник свистит, и запахло оладьями щедро.
.
Зов наполняет дыханием с этой минуты.
Тихое утро – ни в теле, ни в воздухе смуты…


Разговор с лещом

Мята на губах,
Мята в волосах.
Холодит с утра
Пряная роса.

Спит палаток ряд,
Прокрадусь тишком.
На воде скрипят
Вёсла с камышом.

Блинчик запущу –
Камешек как раз!
Расскажу лещу
Как живёт бекас.

Про несчастных нимф,
Королев чудных,
Нет друзей у них,
Нет, своих – родных…

Не завидуй им,
Мой прекрасный лещ!
Скажем: салабим –
Вот и твой кулеш!

Разве радость в том,
Что кругом рабы?
Счастье животом
Мериться, как мы...