Свободная воля читать

12 янв 2020
Прочитано:
124
Российская Федерация
Москва

Рецензия на книгу Андрея Жуковского «О человеческом поведении, квантовой физике, биологии и свободе воли»


Всё складывалось так, что эту книгу мне лучше не читать. Название-то было заманчиво — «О человеческом поведении, квантовой физике, биологии и свободе воли».
И ремарка: «книга не для всех». Но далее автор серьёзно предупредил: не рекомендую, мол, читать моё творенье людям с быстрым, но неглубоким умом, а то и спятить недолго. Я к себе довольно критична, глубоко образованной и умной себя не считаю, с другой стороны — упряма и не дура: как это — не читай?! А вот прочитаю!

И началась серьёзная работа головой, точнее, мозгами. И знаете, оказалось, что поработать стоило: книга у Андрея Жуковского получилась чрезвычайно интересная, хотя местами для меня действительно трудная. Но как пишет Жуковский, «при длительном и упорном насилии над собственным мозгом порой можно достичь некоторых заметных результатов».

Автор максимально постарался структурно облегчить текст для понимания,  как это делает хороший учитель: тема, примеры, гипотезы, варианты, обсуждения, выводы. Всё разложено по полочкам, насколько это возможно, текстовая информация оптимально структурирована. Главный принцип — ни навязывания, ни отрицания чего-либо. Это верный подход: ещё Лейбниц предостерегал от этой ошибки: «… я всегда находил, что большая часть учений оказывалась справедливой в том, что они утверждали, и почти всегда ошибались в том, что они отрицали». Жуковский просто предлагает: «а вот взляните-ка» и «а что вы думаете о том» — и читающий максимально полно извлекает из текста информацию. Автор ненавязчиво увлекает темой, интересно, остро ставит вопросы, свободно рассуждает — и читатель следует за автором, сначала робкими шагами, а затем уж и смело, почти как равный. При этом он не обещает лёгких путей, наоборот: «вы думаете, что станет проще, нет, наоборот, гораздо сложнее» — лейтмотив книги. Жуковский даёт «вкусную» пищу для размышления, а вы уж думайте сами.

Признаюсь: «Веский аргумент в пользу НЕ вероятностной природы квантовой физики» и раздел «Анализ материального мира» я одолела лишь частично. Обсуждала эти темы с друзьями сына-физика, математиками, биологами — спорили, горячились, но особого прояснения они не внесли. Но это не значит, что я отложу в сторону книгу Жуковского  навсегда: я буду возвращаться к ней снова и снова, делая для себя всё новые открытия, соглашаясь или не соглашаясь с автором-собеседником.

Я делала так: находила интересующий меня «заброс» (к примеру, в каком виде к человеку поступает душа? Как работает мозг человека? Велика ли заслуга человека в том, что он совершил или не совершил?) и обчитывала всё вокруг него, постепенно расширяя радиус, пока не упиралась в то, что мне — надеюсь, временно — не по уму. И никакие примеры с привлечением агентов Скалли и Малдера из популярного сериала «Секретные материалы» или «почему Петров поехал к тёще в гости» не смогли мне помочь.

Но уж там, где текст мне был понятен, какой захватывающей становилась книга! И порассуждаешь, и поспоришь мысленно, напрягая мозг, в стремлении убежать от пресловутой «гармонии праздности».

Интереснейшими для меня оказались рассуждения автора о предопределённости — от момента создания Вселенной до поступков конкретного человека. Если с точки зрения физических законов человек состоит из элементарных частиц, движение которых приводит к появлению мыслей в его голове,  к тому, что мы ходим, едим, говорим, что мы делаем, то насколько виноват сам человек в своих прегрешениях? Здесь то, что было ещё вчера для меня понятным и явным, как дважды два, становится сверхсложной математической задачей, поскольку для верующего человека свобода воли предопределена ещё блаженным Августином — во имя требований христианской универсальности. Августин самым решительным образом признает неотъемлемую естественную свободу человеческой воли, без чего невозможно было бы вменять человеку никакого поступка и высказывать никакого нравственного суждения. Он вносит признак свободы в само определение воли, как движения духа, никем не принуждаемого и направленного к сохранению или приобретению чего-либо — лат. voluntas est animi motus, cogente nullo, ad aliquid vel non amittendum, vel adipiscendum.     

В четвёртой части  книги Жуковский переходит к краткому анализу нематериального мира — и тут как раз и о свободе воли человека, и о том, что такое Бог, в его, автора, понимании. Здесь я нашла оказавшуюся очень важной для меня цитату из митрополита Филарета (Вознесенского): «В то время, как детерминисты говорят, что человек поступает так или иначе только под влиянием сильнейшего из мотивов, а свободы не имеет, индетерминисты утверждают, что он всегда свободен избрать любой из этих мотивов. Этот мотив может быть вовсе не сильнейшим, мало того, человек может даже предпочесть мотив, который другим людям покажется явно невыгодным. Примером этого может служить подвиг мучеников, которые мучителям-язычникам казались безумцами, сознательно сгубившими себя. Таким образом, в воззрении индетерминизма свобода человека — не безусловно творческая свобода, а свобода выбора, свобода нашей воли, решить: будет так или иначе.  Христианство принимает именно такое понимание человеческой свободы…»

В этой же главе автор пытается определить, где «должна существовать область, в которой  материальные нейроны и  электроны должны взаимодействовать с «идеальной» субстанцией души», предполагая, что она может находиться в какой-то части человеческого мозга или пронизывает человека насквозь, или же вообще целиком или частично находится вне нас.  Душа не обладает пространственными определениями, не находится в пространстве ни внутри тела, ни рядом с ним, учил Николай Кузанский, крупнейший немецкий мыслитель XV века. Будучи сверхпространственным, то есть, не занимая никакого места и положения в пространстве, следовательно, не будучи также и точкой, душа именно поэтому может быть в связи и с сердцем, и с мозгом, и с глазами, и с прочим, душа целиком находится в целом теле и в каждой части тела. Значит, и взаимодействие может происходить где угодно. «Все твари будут тогда наполнены Тобою», — считал блаженный Августин [22, С. 11-12].

Но кое в чём, мне показалось, учёный запутался не меньше меня: например, он верит в теорию Большого взрыва и в сотворение мира Господом Богом одновременно. Библия повествует, что Бог сотворил небо, землю и всё, что на ней, на протяжении шести дней (Исход 20:11), а на седьмой решил отдохнуть (Исход 20:8). А может, Большой Взрыв, вопреки научным утверждениям, и длился неделю, а не миллиарды лет? Или эти миллиарды лет для Бога — именно шесть рабочих дней, так сказать? Бытие учит, что Бог сотворил звёзды на четвёртый день творения — через три дня после того, как была сотворена земля, но в модели Большого Взрыва звёзды существовали за миллиарды лет до появления земли. В Библии говорится о том, что земля была сотворена из воды (2 Петра 3:5; Бытие 1:2-9; Псалом 24:2), а стандартная модель происхождения вселенной учит, что земля вначале была расплавленным шаром. Опять же, важнейшей причиной познаваемости Вселенной является повторяемость явлений (регулярная воспроизводимость), считает автор книги: «…в силу неизменности физических законов и фундаментальных физических  постоянных, все последующие изменения материальной замкнутой системы оказываются абсолютно неизбежными и предопределёнными», что «наглядно  демонстрируется с помощью базовых, фундаментальных положений физики — законов сохранения импульса и момента импульса». Но и христианин верует в воскресение после Страшного Суда, это ведь тоже вариант «замыкания» прежней системы и начало новой? Андрей Жуковский делает вывод: всё в существовании, развитии и окончании нашего мира так или иначе предопределено. Однако автор признаёт возможность воздействия на него (на мир… ну, и на автора, стало быть, тоже) сверхтранцендентальной силы (или нескольких сил) — для христианина это силы молитвы святого человека, силы Господа Бога, я так понимаю. «Православная энциклопедия» так растолковывает «библейское восприятие космоса: он мыслится как свободное творение абсолютно суверенного Бога, Который абсолютно трансцендентен сотворенному Им миру. Нельзя объять Бога и мир в единой концепции, где их объятие или по крайней мере отношение мыслится необходимо. Бог мог бы и не творить мир, либо сотворить иной мир, либо аннигилировать имеющийся, подобно тому, как Он погубил мир потопом. Связь между Богом и миром, таким образом, личная и волевая, то есть основана на личном изволении всемогущего и суверенного Бога» (т. 5, стр. 416).

Главное различие между атеистами и верующими в том, что атеисты считают, что жизнь произошла от мёртвой материи, а верующие — от Животворящего Бога. Спорить не стану, как говорит один мой знакомый священник: во что веруете, то вам и предстоит после смерти — кто считает, что произошёл от обезьяны, пойдёт к обезьянам, кто мнит себя потомком пришельцев из космоса — последует к пришельцем, кем и в каком виде бы они ни оказались, а кто верует в Бога — пред Ним и предстанет. Кто же верит, что за гробом нет ничего, тот и получит своё НИЧЕГО.

Из анализа мира материального автор книги переходит к анализу мира нематериального, попутно затрагивая такие темы, которые сами по себе могли бы стать великолепным материалом для отдельной книги.   

Одолевая главу за главой, я постоянно возвращалась к мысли: а что заставляет современного человека, мужчину средних лет, учёного с высшим техническим образованием, успешного, обеспеченного, имеющего связи, высокопоставленных друзей, хорошую семью и прочие прилагаемые — вдруг задуматься над такими темами, как «эмоции и душа», «как мозг передаёт информацию» или «трансцендентные силы и свобода воли» и многими другими, столь далёкими от бизнеса и карьеры, даже от материального мира? Что побуждает такого человека искать пути к Богу, искать доказательства Его существования? Ведь в детстве людям его возраста внушалось, что Бога нет, что его придумали тёмные, невежественные люди, дикари, не умеющие объяснять различные процессы в организме человека и явлениях природы. Уверена, за этим стоит некое потрясение, знак, прорыв в иносферу. Или большая беда, осознавая которую, умный и чувствующий человек сначала начинает искать утешения, а затем доходит до понимания причин, объяснения их. В 70-е гг. на Западе была издана книга «Мы верим», в которой 53 выдающихся ученых, из них многие — Нобелевские лауреаты, убедительно свидетельствуют о своей вере в Господа Иисуса Христа. Жаль, что не существует такого исследования, которое дало бы нам понять: что именно привело их к вере? Я думаю, мы узнали бы, что у каждого этой вере предшествовало некое глубоко личное потрясение, испытание, посланное человеку; ни разу это не были логические выводы на основе «холодных наблюдений», опытов и цифр отчётов. каждому из них открыла их наука одну лишь незначительную и бесконечно малую часть премудрости Божией, из которой они могли лишь дойти до сознательного признания всей необходимости веры в Бога и в Его святое попечение о мире и людях. В какой-то момент Андрей Жуковский  приоткрывает очень личное, рассуждая о преступлении, о вине, усиленно подводя научную доказательную базу под утверждение: «отношение суда к подсудимому должно быть сугубо милосердным, ведь он совершил то, чего не мог не совершить…»

Условный «простой верующий человек» доходит до понимания причин того, что происходило и в его жизни, осмысляя тексты святых отцов, на исповеди, а творческая личность, будь то учёный или поэт, идёт дальними путями — и пишет об этом книги.

И это хорошо, сделала вывод я, не будучи гипотетическим простым парнем Чаком, который, по предположению автора, прочитав эту книгу, выпьет пива, ляжет на диван и будет думать «Оказывается, я полное дерьмо, потому что от меня в этой жизни ничего не зависит…» и придёт к мысли о безнаказанности его поступков. Наверное, будут и такие. Но тех, которые подобно мне, получат большой интеллектуальное наслаждение от книги «О человеческом поведении, квантовой физике, биологии и свободе воли», я уверена, будет гораздо больше.

Я могла бы написать ещё многое, но, разумеется, настоящими серьёзными отзывами о книге Андрея Жуковского, которые следует принимать во внимание, являются высказывания  известных учёных — доктора физико-математических наук, профессора МГУ А. В. Белинского и доктора философских наук, главного научного сотрудника Института философии РАН, профессора А. В. Севальникова. Они пишут: «Данная работа раздвигает границы традиционного анализа, синтезируя вместе разделы, которые обычно находятся на разных полках  университетских библиотек. Вообще, я рад за читателя этой книги, — пишет Белинский, — перед ним 250 страниц умного, лёгкого, невероятно интересного и захватывающего текста». «Автор изначально имеет очень хорошее техническое образование, и с дотошностью инженера и учёного начинает исследовать вопрос о свободе человека. Рассматривая вопрос с самых разных сторон, он избегает  сложных научных оборотов, а значит, делает её доступной для самого  широкого круга думающих читателей», — заключает Севальников.