Это письмо пришло на почту проекта "Окно в Россию" из Латвии, от журналистки Натальи Ямпольской. Мы решили опубликовать его полностью - прочтя его, думаем, вы поймете почему.
"Я журналист. Работаю со словом. И вижу, что с каждым годом русский язык в Латвии становится всё беднее и беднее.
Помню, когда приехала в 80-х годах прошлого столетия в Ригу и начала трудиться в двуязычной газете "Вэфовец", переводчик говорил, что меня трудно переводить на латышский. Слишком живой язык, слишком пересыпан пословицами, поговорками, сравнениями... Мол, местные журналисты пишут проще и штампами. Хотя ему, переводчику, лично очень нравится работать с подобными текстами...
Со временем и мой язык наверняка обеднел, хотя стараюсь держаться. Но этот процесс необратим. По моему мнению, все, кто по тем или иным причинам оторван от своей Праматери Родины, со временем теряют собственную живую языковую идентичность и, не приобретя толком иную, в итоге становятся Иванами, не помнящими родства. Особенно это касается тех, кто не работает со словом. И для них уже не применима мудрость: заговори, чтобы я тебя узнал!
Хотя... этот процесс происходит, мне кажется, во всём мире.
Моя бабушка Василиса Даниловна Бабич говорила, что человека на земле держат три корня - Родина, род и религия.
Родину, те русские, что живут в Латвии, получается, оставили, значит этот корень высох или высыхает. Род разбросан по миру, ибо русским в Латвии не так просто жить, и они уезжают. В Латвии к ним прочно прилеплен ярлык "оккупант" - со всеми вытекающими последствиями. На госслужбу не берут, после 40 устроиться практически невозможно на хорошую работу, приходится уезжать на заработки в иные страны. Значит и второй корень вот-вот (или уже) высохнет. Остается только третий корень, за который я лично держусь изо всех сил - церковь. Посещаю её минимум раз в неделю.
Помолюсь, посижу покойно - и можно жить дальше!
Но всё больше понимаю, что защитить русский язык в Латвии некому. Да и, на примере нескольких волн эмиграции русских в другие страны, уже и не к чему. Эти волны со временем, хотим мы или не хотим, а сходят на нет, полностью растворяясь в новых языковых средах. Лишь в собственных домах русские люди иногда сохраняют русский дух. На кухнях развешивают расшитые петушками и народными узорами полотенца, расставляют в комнатах матрешек, стены украшают фотографиями, на которых запечатлены родные лица, снятые на фоне Невы или Кремля... Но это иллюзия, корень-то, роднивший с Отчизной, разрублен...
Самый плачевный результат этого - разрыв культурных кодов старшего и младшего поколений русских людей, вынужденных жить за рубежами России.
Отчетливо прослеживаю это не только в семьях моих друзей и знакомых, но и на примере собственной семьи. Мои дети, слава Богу, ещё знают Пушкина и Чайковского. Но только знают, а читают ли, слушают ли?!
У меня есть подруга, внучатая племянница русского поэта Николая Некрасова. Зовут её Ольга Дергунова. Она накопила богатейший опыт в плане сохранения русского народного фольклора. По крупинкам собирала его по русским деревням и весям, чтобы передать его детям в Латвии. Создала несколько детских коллективов, которые живут русским фольклором. С этими коллективами Ольга ездит на всевозможные конкурсы и фестивали как в Балтии, так и в России и даже в Европе, постоянно занимая первые места. Но с каждым годом видит и чувствует, что у детей падает интерес к тому, чему она посвятила свою жизнь, и передать свой опыт ей некому. О чём она с горечью поведала своим коллегам-"фольклористам" из 70 стран мира на недавнем всемирном семинаре в Москве. И была в этом не одинока...
Русские в Латвии скоро перестанут существовать. Обидно, но ничего не поделаешь. Чтобы не потерять русский дух полностью, надо возвращаться в родные пенаты, то есть, в Россию. Что мой сын уже и сделал. Я ещё медлю..."